Рабы [в Исландии]

«Рабы». Обратимся теперь к более трудной проблеме — положению «рабов». Они обозначаются словом proell (мн. ч. proelar), и таковой термин фигурирует в текстах законов, сагах или в так называемых «прядях» (þoettir), коротких рассказах об исландцах. Разумеется, в независимой Исландии, по крайней мере до христианизации, существовала категория лиц, которые реально не считались «свободными», то есть не имели права предъявить иск в суде, а также получить компенсацию в случае оскорбления. Похоже также, что авторы некоторых саг (например, Саги о Снорри) считали своим долгом особым образом выделять эту категорию лиц. Однако именно литературное обращение к этой теме заставляет несколько усомниться в реальном существовании самого института рабства — по крайней мере, в традиционном его виде.

Давайте вспомним, что колонизация Исландии и начало ее истории прочно вписываются в рамки феномена викингов, имевшего место приблизительно с 800 по 1050 год (см. Викинги, глава 3). Следует добавить также, что скандинавские мореплаватели, которые носили это имя, главным образом являлись талантливыми торговцами, охотно превращавшимися при возможности в грабителей. Их главной и почти единственной целью, как показывают обнаруженные рунические надписи, было получение денег, «приобретение богатства» — естественно, всеми доступными средствами (то есть, разумеется, грабежом, а также путем наемничества, расселения в пригодных для этого местах и т. д.), но более всего предпочитали они торговлю, обмен, и в этом виде деятельности они эффективно упражнялись на протяжении несколько веков, непрерывно совершенствуя ее методы. Afla sér fjár (Приобрел богатство) — обыкновенно говорят рунические надписи в отношении подвигов усопшего. Такие надписи представляют собой важные свидетельства, так как наряду с поэмами скальдов являются единственными историческими свидетельствами, дошедшими до нас от времен викингов, и собственно ими и созданными. Мы знаем, что викинги торговали балтийским янтарем, кожами и мехами северных зверей, клыками моржей и другими ценными и редкими товарами и наживались на них.

Менее часто говорят о том, что во время своих набегов, или strandhögg, викинги захватывали мужчин и женщин (вполне возможно, являвшихся уроженцами других областей Севера) и превращали их в «рабов». Таких людей доставляли в Хедебю (Дания), откуда они отправлялись далее — в Константинополь, поскольку оба эти города в рассматриваемый период являлись крупными центрами работорговли. Ясно, что викинги старались получить хорошую цену за захваченных людей, однако «остатки товара», если можно так выразиться, они отвозили к себе, где пленникам навязывалось подчиненное положение. Таким образом, северные грабители являлись крупными рабовладельцами своего времени, и «рабы», несомненно, составляли наиболее важный из их «товаров».

Однако, обращаясь к этому вопросу, следует в первую очередь избавиться от шаблонов, которыми мы привыкли пользоваться благодаря чтению классической литературы. «Рабов» — не станем отрицать их существование — не обирали и не эксплуатировали без какой-либо оплаты, их не отождествляли с рабочим скотом, не могли безнаказанно убить или изуродовать: короче говоря, раб не был лишен человеческого достоинства. Поэтому он довольно легко мог вернуть себе свободу, либо выплатив фиксированную сумму, либо женившись на свободной женщине, либо оказав своему хозяину значительную услугу, заставляющую последнего в обязательном порядке освободить его.

Термин þroell не слишком часто встречается в текстах; более часто в них можно столкнуться со словами leysingi (тот, которого сделали свободным) или frjálsgjafi (тот, которому дали свободу), которые можно понимать как означающие вольноотпущенника, Следует отметить, что подобные люди, если у них имелись достаточные способности для этого, быстро и беспрепятственно достигали состояния бонда, то есть в полной мере свободного человека. Предполагается, что, отправляясь в поход (í vikíngu), бонд оставлял дома жену, которой рабы помогали в выполнении домашних работ. Однако так было не всегда (похоже, что в данном случае сказывается влияние житийной литературы). Невозможно не усомниться, особенно после прочтения, например, первых глав Книги о заселении Исландии, в том, что подобная дискриминация могла действительно существовать в столь удивительном, эгалитарном, или, по крайней мере, мало иерархизированном обществе.

Буайе Режи. Средневековая Исландия. М., 2009.

Понятие:

Яндекс.Метрика