Право [у галлов]

Позднее появление письменности и крайне ограниченное ее применение непосредственно повлияли на правовые концепции и на их распространение в обществе. Монополия друидов на письменность распространялась не только на религиозные знания, закрытые для непосвященных, но в той же мере на политику и право, имевшие для друидов особое значение. Другое, совершенно косвенное следствие такого почти полного запрета на письменность особенно сильно затрагивает историков: мы не располагаем ни одним галльским текстом по законодательству. У археологов нет никакой надежды найти их записи. И, видимо, античные историки, даже Посидоний, не смогли получить доступ к этим текстам, которые должны были заботливо храниться вместе со священными писаниями.

Жрецы, которые позднее стали называться друидами, уже в самые ранние эпохи стали оспаривать у царя прерогативу говорить от имени закона. Однозначно именно это присвоение одной из главных царских функций принизило у кельтов статус монарха. Изначально представлялось, что право имеет божественное происхождение. Жрецам, организованным в братства, не составило труда узурпировать изложение и применение права и увязать его непосредственно с культом. Возможно, это произошло в весьма раннее время, с конца первой эпохи железа. Если в данном вопросе довериться Цезарю, то процесс шел активно до конца II века. Самой страшной карой было отлучение от культа и запрет совершать жертвоприношения. С IV века до н.э. друиды начали активно разрабатывать правила жизни в обществе. На момент завоевания Галлии их работа не была полностью завершена. Только некоторым народам (к примеру, эдуям) удалось наделить избираемых судей правилами юриспруденции. Вот почему мы не видим в Галлии ни одного великого законодателя вроде Драконта или Солона, который происходил бы из аристократии или плебса. Обсуждения законов проводились на общих собраниях, устраиваемых мудрецами-друидами на коллегиях, часто носивших «международный» характер (на них присутствовали представители различных народов, входивших в один союз, или представители какой-нибудь из крупнейших этнических единиц Галлии — например, Кельтии).

Тем не менее в Галлии ни право в целом, ни правосудие в частности нельзя было бы квалифицировать как чисто религиозные. Установленное мудрецами, выполнявшими отнюдь не только функции жрецов, применение законов было также делом и собраний, и судей, и в некоторых областях старшего в семье. Доказательством этого является страсть, которую испытывали галлы, особенно галльское простонародье, ко всему, что было связано с правом и правосудием. «Если они столь легко собираются в громадные толпы, то это потому, что их характер — простой и прямолинейный — вечно подталкивает их поддерживать протесты тех из их соседей, кто, как считают, стал жертвой какой-то несправедливости», — сообщает Страбон, который чуть дальше так объясняет успех друидов: «Их считали самыми справедливыми из всех людей». Цезарь, со своей стороны, указывает, что в Галлии «репутацию самых справедливых имели вольки-тектосаги», что Гальба — царь суэссионов — был выбран своими союзниками вождем «по причине своей приверженности справедливости».

Рассказ Цезаря о военных событиях, связанных с завоеванием, а также описание Посидонием нравов галлов дают понять, что право не было просто собранием расплывчатых морально-религиозных предписаний. Было произведено разделение права на разные области применения. Каждый объект правового урегулирования был подчинен отдельной юрисдикции. Существовало, к примеру, уголовное право, на которое друиды обращали самое пристальное внимание. Политические события свидетельствуют о существовании детально разработанного гражданского права. Известно также, что друиды брали на себя вопросы международного урегулирования. Наконец, у нас есть некоторые сведения по семейному праву, которое тоже было преисполнено тонкостей и нюансов.

Галлы / Жан-Луи Брюно. - М.: Вече, 2011 (Гиды цивилизаций). с. 143-145.

Понятие:

Яндекс.Метрика