Культура: теории культуры

Домарксистские и немарксистские теории культуры. Первоначально понятие культура подразумевало целенаправленное воздействие человека на природу (обработка земли и пр.), а также воспитание и обучение самого человека. Хотя само слово «культура» вошло в обиход европейской социальной мысли лишь со 2-й половины 18 века, более или менее сходные представления могут быть обнаружены на ранних этапах европейской истории и за её пределами (например, жэнь в китайской традиции, дхарма в индийской традиции). Эллины видели в «пайдейе», т. е. «воспитанности», главное своё отличие от «некультурных» варваров. В поздне-римскую эпоху, наряду с представлениями, передаваемыми основным смыслом слова «культура», зародился, а в средние века получил распространение иной комплекс значений, позитивно оценивавший городской уклад социальной жизни и более близкий к возникшему позднее понятию цивилизации. Слово «культура» стало ассоциироваться с признаками личного совершенства. В эпоху Возрождения под совершенством культуры начали понимать соответствие гуманистическому идеалу человека, а в дальнейшем — идеалу просветителей.

Для домарксистской буржуазной философии характерно отождествление культуры с формами духовного и политического саморазвития общества и человека, как оно проявляется в движении науки, искусства, морали, религии и государственных форм правления. «...Производство и все экономические отношения упоминались лишь между прочим, как второстепенные элементы "истории культуры"» (Энгельс Ф., см. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., т. 20, с. 25). Так, французские просветители 18 века (Вольтер, Тюрго, Кондорсе) сводили содержание культурно-исторического процесса к развитию человеческого «разума». «Культурность», «цивилизованность» нации или страны (в противоположность «дикости» и «варварству» первобытных народов) состоит в «разумности» их общественных порядков и политических учреждений и измеряется совокупностью достижений в области наук и искусств. Цель культуры, соответствующая высшему назначению «разума»,— сделать всех людей счастливыми (эвдемоническая (см. Эвдемонизм) концепция культуры), живущими в согласии с запросами и потребностями своей «естественной» природы (натуралистическая концепция культуры).

Вместе с тем уже в рамках Просвещения возникала «критика» культуры и цивилизации (Руссо), противопоставляющая испорченности и моральной развращённости «культурных» наций простоту и чистоту нравов народов, находившихся на патриархальной ступени развития. Эта критика была воспринята немецкой классической философией, придавшей ей характер общетеоретического осмысления противоречий и коллизий буржуазной цивилизации. Выход из этой ситуации немецкие философы искали в сфере «духа», в сфере морального (Кант), эстетического (Шиллер, романтизм) или философского (Гегель) сознания, которые и выдаются ими за область подлинно культурного существования и развития человека. Культура с этой точки зрения предстаёт как область духовной свободы человека, лежащая за пределами его природного и социального существования. Немецкому философско-историческому сознанию свойственно признание множества своеобразных типов и форм развития культуры, располагающихся в определенной исторической последовательности и образующих в совокупности единую линию духовной эволюции человечества.

Так, Гердер рассматривает культуру как прогрессивное раскрытие способностей человеческого ума, но пользуется этим понятием и для определения этапов относительно исторического развития человечества, а также для характеристики ценностей просвещённости. Немецкие романтики (Шиллер, А. и Ф. Шлегели, поздний Шеллинг) продолжили гердеровскую линию двоякого толкования культуры. С одной стороны, они создали традицию сравнительно-исторического изучения культуры (Гумбольдт и школа компаративной лингвистики), с другой — положили начало взгляду на культуру как на частную антропологическую проблему. К Гердеру восходит также и третья линия конкретного анализа обычаев и этнических признаков культуры.

В конце 19 — начале 20 веков универсализм сложившихся эволюционных представлений о культуре был подвергнут критике с идеалистических позиций неокантианства (Риккерт, М. Вебер). В культуре стали видеть прежде всего специфическую систему ценностей и идей, различающихся по их роли в жизни и организации общества того или иного типа. В несколько ином аспекте подобный же взгляд оформился в «теорию культурных кругов» (Л. Фробениус, Ф. Гребнер), распространённую до начале 20-х годов 20 века.

Теория единой линейной эволюции культуры была также подвергнута критике с иррационалистических позиций философии жизни, и ей была противопоставлена концепция «локальных цивилизаций» — замкнутых и самодостаточных, неповторимых культурных организмов, проходящих сходные этапы роста, созревания и гибели (Шпенглер). Для этой концепции характерно противопоставление культуры и цивилизации, которая рассматривается как последний этап развития данного общества. Сходные представления развивались в России Данилевским, позднее Сорокиным, а в Великобритании — Тойнби. В некоторых концепциях критика культуры, начатая Руссо, доводилась до полного её отрицания; выдвигалась идея «природной антикультурности» человека, а любая культура трактовалась как средство его подавления и порабощения (Ницше).

С последней трети 19 века изучение культуры развивалось и в рамках антропологии и этнографии. При этом складывались различные подходы к культуре. Положив начало так называемой культурной антропологии, английский этнолог Тайлор определял культуру путём перечисления её конкретных элементов, но без уяснения их связи с организацией общества и функциями отдельных культурных институтов. Американский учёный Боас в начале 20 века предложил метод детального изучения обычаев, языка и других характеристик жизни примитивных обществ и их сравнения, позволявший выявить исторические условия их возникновения. Американский антрополог А. Крёбер перешёл от изучения культурных обычаев к понятию «культурного образца»; совокупность таких «образцов» и составляет систему культуры. В функциональных теориях культуры, ведущих своё начало от английских этнологов и социологов Малиновского и Радклифф-Брауна (так называемая социальная антропология), основным становится понятие социальной структуры, а культура рассматривается как органическое целое, анализируемое по составляющим его институтам. Структуру социальные антропологи рассматривают как формальный аспект устойчивых во времени социальных взаимодействий, а культура определяется как система правил образования структуры при таких взаимоотношениях. Функции культуры состоят во взаимном соотнесении и иерархической упорядочении элементов социальной системы. Постулаты этой теории были подвергнуты критике Парсонсом, Мертоном, использовавшими понятие культура для обозначения системы ценностей как органической части социальной системы, определяющей степень её упорядоченности и управляемости (см. Структурно-функциональный анализ).

В немарксистском культуроведении получают развитие и др. подходы к изучению культуры. Так, на основе возникшей в рамках культурной антропологии тенденции рассматривать роль культуры при передаче социального наследия от поколения к поколению было развито представление о коммуникативных свойствах культуры. При этом язык стал считаться основой для изучения строения культуры, что способствовало внедрению в культуроведение методов семиотики, структурной лингвистики, математики и кибернетики (так называемая структурная антропология — Э. Сепир, К. Леви-Строс и др.). Однако структурная антропология неправомерно рассматривает культуру как чрезвычайно стабильную конструкцию, не учитывает динамики исторического развития культуры, связь культуры с актуальным состоянием общества, роль человека как творца культуры. С попыткой решить проблему «культура — личность» связано возникновение особого направления психологии культуры (Р. Бенедикт. М. Мид, М. Херсковиц (США) и др.). Опираясь на концепцию Фрейда, истолковавшего культуру как механизм социального подавления и сублимации бессознательных психических процессов, а также на концепции неофрейдистов (см. Неофрейдизм) Г. Рохейма, К. Хорни, X. Салливана (США) о культуре как знаковом закреплении непосредственных психических переживаний, представители этого направления интерпретировали культуру как выражение социальной общезначимости свойственных человеку основных психических состояний. «Культурные образцы» стали понимать как реальные механизмы приспособления, помогающие индивидам решать конкретные задачи социального существования и обучения, в процессе которого общие образцы переходят в индивидуальные навыки (Мид, Дж. Мёрдок (США) и др.).

Идеалистические учения неокантианца Кассирера и швейцарского психолога и философа культуры Юнга легли в основу представления о символических свойствах культуры. Ряд представителей психологии культуры, опирающихся на концепцию «локальных цивилизаций», стремились отыскать набор «культурных инвариантов», не сводимых друг к другу и не имеющих под собой реального общего субстрата (Сепир, Б. Уорф, Бенедикт, Херсковиц). Напротив, сторонники феноменологического подхода к культуре, а также некоторые представители экзистенциализма выдвигают предположение об универсальном содержании, скрытом в любой частной культуре, исходя либо из утверждения об универсальности структур сознания (Гуссерль), либо из постулата о психобиологическом единстве человечества (Юнг), либо из уверенности в наличии некоего «фундаментального основания», «осевой изначальности» культуры, по отношению к которым все её разновидности — лишь «частности» или «шифры» (Хайдеггер, Ясперс).

В современных условиях многие буржуазные социологи и культурологи приходят к выводу о невозможности последовательного проведения идеи единой культуры. Это находит выражение в теориях полицентризма, исконной противоположности Запада и Востока и т. п., отрицающих общие закономерности общественного развития. Им противостоят вульгарно-технологические теории, рассматривающие развитые капиталистические страны как достигшие высшей ступени культуры.

Разрыв гуманитарного и технического знания получил отражение в теории «двух культур» английского писателя Ч. Сноу. С ростом отчуждения личности в капиталистическом обществе оживились разные формы культурного нигилизма, представители которого отрицают понятие культуры как фиктивное и абсурдное измышление. Популярность в кругах радикально настроенной интеллигенции и молодёжи получили теории контркультуры, противопоставляемой господствующей буржуазной культуре.

А. И. Арнольдов, М. А. Батуyский, В. М. Межуев.

Философский энциклопедический словарь. — М.: Советская энциклопедия. Гл. редакция: Л. Ф. Ильичёв, П. Н. Федосеев, С. М. Ковалёв, В. Г. Панов. 1983.

Понятие:

Яндекс.Метрика