Имяславие (Маслин, 2014)

ИМЯСЛАВИЕ (ИМЕСЛАВИЕ) - направление в русском православном богословии начала XX века. Началом его послужила книга схимонаха Илариона «На горах Кавказа. Беседа двух старцев пустынников о внутреннем единении с Господом наших сердец через молитву Иисус Христову, или Духовная деятельность современных пустынников» (1-е изд. - 1907, 2-е - 1910, 3-е 1912 г.), представляющая собой описание мистического опыта, особого состояния верующего во время так называемой Иисусовой молитвы, для которой характерно многократное упоминание имени Христа. Восходя к святоотеческой традиции - к исихии, «умной молитве» (см. Исихазм), она рассматривалась как живая, внутренняя беседа с Богом, как бы предполагающая его соприсутствие. Именно о таком соприсутствии и говорит Иларион: «в Имени Божием присутствует сам Бог - всем Своим существом и всеми своими бесконечными свойствами». Хотя книга Илариона не носила никакого догматического характера и являлась лишь попыткой зафиксировать собственный мистический опыт автора, она послужила поводом к возникновению богословского спора, получившего впоследствии название «Афонской смуты». Речь шла о том, является ли имя Божие Божественной сущностью либо Божественной энергией или не является ни тем ни другим, а есть чисто человеческое именование и любое обожествление имени суть идолопоклонническая ересь. Выразителем первой точки зрения и апологетом имяславия стал иеросхимонах афонского Пантелеймонова монастыря Антоний (Булатович), утверждавший, что «всякое Имя Божие как истина Богооткровенная есть Сам Бог, и Бог в них пребывает всем существом своим, по неотделенности существа Его от действия Его». Противоположная позиция, или имяборчество, поддержанная влиятельными церковными иерархами, в частности архиепископами Антонием (Храповицким) и Никоном (Рождественским), стала, правда с оговорками, официальной точкой зрения Синода. Имяславское движение было объявлено ересью, что послужило причиной насильственного выселения с Афона нескольких сот монахов, которые были расселены по разным российским монастырям (согласно определению Синода от 29 августа 1913 года); с точки зрения богословской спор закончился ничем (возможно, разгром имяславцев был связан с политическими процессами внутри самой церковной иерархии). Тем не менее сама полемика получила большой отклик не только в церковной, но и в общественно-интеллектуальной жизни России. Сторонниками имяславия были архиепископ Феофан (Быстрое), ректор Московской духовной академии епископ Феодор, проф. академии М. Д. Муретов и Флоренский, члены так называемого «Кружка ищущих христианского просвещения» Новоселов, Ф. Д. Самарин, Булгаков, Эрн, позднее - Лосев. Сама проблема имени, его истолкования как чистого явления или же как носителя некоей сущностной энергии, его онтологического смысла оказалась чрезвычайно созвучна общекультурной проблематике того времени. Понятие имени в контексте интеллектуальной жизни начала XX века стало в один ряд с понятием символа B.И. Иванова, понятиями явления и смысла Шпета и других русских гуссерлианцев. Чисто богословский спор послужил исходным материалом для создания собственно «философии имени» в работах «Мысль и язык», «Имена» и других Флоренского. «Философия имени» Булгакова и Лосева. В разработанной русскими мыслителями философии имени речь идет о магическом характере имен как Бога, гак и человека, народа. В ней анализируется связь между именем человека и событиями его жизни, его духовной сущностью, укорененность имен человеческих в народных святынях. Так, опираясь на традиционные для русской философии идеи всеединства, Богочеловечества, соборности, Флоренский выдвинул идею всеобщего (и родового, семейного) духовного родства, предложив метод взаимного познания субъектов через это духовное сродство (см.: Флоренский П. Детям моим. М., 1992), тем самым предвосхитив открытия представителей совр. глубинной психологии (К. Г. Юнга и др.). Лосев писал: «...только в слове мы общаемся с людьми и природой... только в имени обоснована вся глубочайшая природа социальности во всех бесконечных формах ее проявления... Человек, для которого нет имени, для которого имя только простой звук, а не сами предметы в их смысловой явленности, этот человек глух и нем, и живет он в глухо-немой действительности. Если слово не действенно и имя не реально, не есть фактор самой действительности, наконец, не есть сама социальная (в широчайшем смысле этого понятия) действительность, тогда существует только тьма и безумие и копошатся в этой тьме только такие же темные и безумные, глухо-немые чудовища» (Философия имени. М., 1927. С. 9.).

А. И. Ретиченко, Н. С. Семёнкин

Русская философия. Энциклопедия. Изд. второе, доработанное и дополненное. Под общей редакцией М.А. Маслина. Сост. П.П. Апрышко, А.П. Поляков. – М., 2014, с. 226-227.

Литература:

Антоний (Булатович). Апология веры во Имя Божие и во Имя Иисус. М., 1913; Эрн В. Ф. Спор об Имени Божием // Христианская мысль. 1917, № 9; Булгаков С. Н. Афонское дело // Русская мысль. 1913. Сентябрь; Он же. Философия имени. Париж, 1953. С. 217-225; М., 1997; Флоренский П. А. Имяславие как философская предпосылка // Соч.: В 2 т. М., 1990. Т. 2. C. 281-333; Лосев А. Ф. Философия имени // Из ранних произв. М., 1990. С. 9-192; Забытые страницы русского имяславия: Сб. документов и публикаций по афонским событиям 1910- 1913 гг. и движения имяславия в 1910-1918 гг. / Сост.: А. М. Хитроя, О. Л. Соломина. М,, 2001; Имяславие. Антология. М, 2002; Имяславие. Сб. богословско-публицистических статей, документов и комментариев / Сост. прот. Констан тин Борщ, Т. 1—2. М., 2003-2005; Споры об Имени Божием: Архивные документы 1912-1938 гг. / Сост. он. Иларион (Алфеев). Спб., 2007: Прот. Лескин Д. Метафизика слова и имена в русской религиозно-философской мысли. М., 2008.

Понятие:

Яндекс.Метрика