Икона (Маслин, 2014)

ИКОНА (от греч. eikon - образ, изображение) - один из главных феноменов православной культуры в целом и русской в частности; важная категория православного религиозно-эстетического сознания. В качестве культового изобразительного образа икона начала формироваться в раннехристианский и ранневизантийский периоды (IV- VI века) и приобрела свои классические формы в Византии IX-XI веков (после окончательной победы иконопочитания над иконоборчеством), а затем — в Древней Руси в XIV-XV веков. О высокой значимости иконы для православного сознания свидетельствует установление специального церковного праздника в честь победы иконопочигания - «Торжества Православия», который отмечается с 843 года в первое воскресенье великого поста. Главный вклад в разработку теории иконы (= образа, символа) внесли в Византии Псевдо-Дионисий Ареонагит, Иоанн Дамаскин, отцы VII Вселенского собора (787), патриарх Никифор, Феодор Студит. В Древней Руси их идеи активно усваивались и толковались (нередко в противоположных смыслах) Иосифом Волоцким, Максимом Греком. Зиновием Отенским, игуменом Артемием, участниками церковных соборов 1551 года (Стоглав) и 1554 года, дьяком Иваном Висковатым, Евфимием Чудовским, протопопом Аввакумом. Симоном Ушаковым, Иосифом Владимировым, Симеоном Полоцким и другими мыслителями и иконописцами. Итог многовековой разработке богословия, метафизики, эстетики иконы в рамках православия был подведен русскими религиозными философами 1-й трети XX века Е. Н. Трубецким, Флоренским, Булгаковым. Икона для православного сознания - это прежде всего рассказ о событиях Священной истории или житие святого в картинах, т. е. практически реалистическое изображение, иллюстрация. Здесь на первый план выдвигается ее экспрессивно-психологическая функция - не просто рассказать о событиях давних времен, но и возбудить в зрителе чувства сопереживания, жалости, сострадания, умиления, восхищения и т. п., а соответственно и стремление к подражанию изображенным персонажам. С этим связывается и нравственная функция иконы: формирование в созерцающем ее любви и сострадания; смягчение душ человеческих, погрязших в бытовой суете и очерствевших. Отсюда в православном сознании икона является выразителем и носителем главного нравственного принципа христианства - всеобъемлющей любви к людям как следствия любви Бога к ним и людей к Богу. Икона - это и живописный образ, своей яркой красочностью служащий украшением храму и призванный доставлять духовную радость созерцающим ее. Поскольку в иконе рассказывается не о повседневных событиях, а об уникальных, чудесных, представляющихся общезначимыми, в ней нет места ничему случайному, мелочному, преходящему; это обобщенный, лаконичный образ. С православной точки зрения икона выступает вневременным эйдосом (образом, видом) свершившегося события или конкретного лица, тем визуальным обликом, в котором он был замыслен Творцом, утрачен в результате грехопадения и должен быть опять обретен по воскресении из мертвых. Это как бы отпечаток Божественной печати на судьбах человечества. И этой печатью в пределе явился вочеловечившийся Бог-Слово. Отсюда особый иллюзионизм и даже фотографичность икон, ибо в ней, по убеждению отцов церкви, - залог и свидетельство реальности и истинности божественного воплощения. В определении VII Вселенского собора записано, что живописное изображение Иисуса Христа «служит подтверждением того, что Бог-Слово истинно, а не призрачно вочеловечился». Икона, однако, считается изображением не просто земного, подвергавшегося сиюминутным изменениям лица исторического Христа, но отпечатком его идеального, предвечного лика. В ней, как полагал Феодор Студит, этот лик, или изначальный «видимый образ», является нам даже более отчетливо, чем в лице самого исторического Христа. Отсюда икона - символ. Она не только изображает, но и выражает то, что практически не поддается изображению. В иконном образе Христа духовному зрению верующего открывается личность Богочеловека, обладающего двумя «неслитно соединенными» и «нераздельно разделяемыми» природами - божественной и человеческой, что принципиально недоступно человеческому разуму, но символически передается иконой. Указывая на духовные и неизобразимые феномены горнего мира, икона призвана возвести ум и дух созерцающего ее человека в этот мир, объединить его с ним. Отсюда конгемплативно-анагогическая (созерцательно-возводительная) функция иконы. Она — предмет длительного и углубленного созерцания, путь к медитации и духовному восхождению. В иконе изображается прошлое, настоящее и будущее православного мира. Она принципиально вневременна и внепространственна. Верующий обретает в ней вечный духовный космос, приобщение к к-рому составляет цель жизни православного человека. Через икону осуществляется единение земного и небесного, собор всех тварей перед лицом Творца. Отсюда икона - символ и воплощение соборности. Причем это сакральный, или литургический, символ, наделенный для православного сознания силой, энергией, святостью изображенного на иконе персонажа или события Священной истории. Такое воздействие иконы обусловлено самим подобием, сходством образа с архетипом (отсюда тенденция иконописи к иллюзионизму) и именованием, именем иконы (отсюда, напротив, условность и символизм образа). Икона в сущности своей ангиномична: это - выражение невыразимого и изображение неизобразимого. Древние архетипы зеркала, как реально являющего прообраз (эллинская традиция), и имени, как носителя сущности именуемого (ближневосточная традиция), обрели в иконе антиномическое единство. Поскольку икона реально являет свой первообраз, отсюда поклонная и чудотворная ее функции. Верующий относится к иконе как к самому архетипу, поклоняется ей как самому изображенному лицу («честь, воздаваемая образу, переходит на первообраз» - были убеждены отцы церкви) и получает от нее духовную помощь как от самого архетипа. Икона поэтому - моленный образ. Верующий молится перед ним, как перед самим архетипом, раскрывает свою душу в доверительной исповеди, в прошении или в благодарении. В иконе в художественной форме живет церковное предание, главным носителем которого выступает иконописный канон. В нем как специфической внутренней норме творческого процесса хранятся обретенные в результате многовековой духовно-художественной практики православия основные принципы, приемы и особенности художественного языка иконописи. Отсюда предельная концентрация в иконе художественно-эстетических средств, что делает ее произведением живописного искусства, в котором глубокое духовное содержание передается исключительно художественными средствами - цветом, композицией, линией, формой. В иконе с предельно возможной степенью явленности воплощена, по выражению Булгакова, «духовная святая телесность», или духотелесность. Телесная энтелехия (завершенность), к которой интуитивно стремится всякое истинное искусство, реализована в иконе в высшей степени полно, а для православного сознания - и оптимально. В иконе как бы снимается извечная антиномия культуры «духовное-телесное», ибо в ней (имеется в виду классическая иконе периода ее расцвета - конца XIV - начала XV века для Руси) духовность обретает абсолютное воплощение в материи, в тварном мире, являет свою визуально воспринимаемую красоту. Это свидетельствует, наконец, о софийности иконы (см. Софиология). Она софийна и потому, что все перечисленное, как и мн. другое в ней, не поддающееся словесному описанию, заключено в некой умонепостигаемой целостности, что для религиозного сознания означает причастность к ее созданию самой Софии Премудрости Божией. 

В. В. Бычков

Русская философия. Энциклопедия. Изд. второе, доработанное и дополненное. Под общей редакцией М.А. Маслина. Сост. П.П. Апрышко, А.П. Поляков. – М., 2014, с. 219-220.

Литература:

Философия русского религиозного искусства, XVI- XX вв. Антология. М., 1993; Трубецкой Е. Три очерка о русской иконе. М., 1991; Флоренский П. А. Иконостас. М., 1994; Булгаков С. Н. Икона и иконопочитание. Париж, 1931; Успенский Л. А. Богословие иконы православной церкви. Париж, 1989; Бычков В. В. Русская средневековая эстетика, XI-XVII века. М., 1992. Он же. Духовно-эстетические основы русской иконы. М., 1995.

Понятие:

Яндекс.Метрика