Социология международных отношений

СОЦИОЛОГИЯ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ — одно из исследовательских направлений на стыке социологии и международно-политической науки, получающее в настоящее время интенсивное развитие. Его исторические корни уходят в 1940-е годы: социология международных отношений проявляется в работах сторонников школы «международного общества» (прежде всего, в работах М. Уайта) в Англии. В США первые публикации по социологии международных отношений увидели свет на рубеже 40—50-х годов 20 века. Во Франции данное направление заявляет о себе (в частности, работами Ж. Вернана, Р. Арона, Г. Бутуля, Р. Боска и др.) в конце 50 — начале 60-х годов. В нашей стране социологическое изучение международных отношений развивалось в 1970-е годы Ф.М. Бурлацким, А.А. Галкиным, Д.В. Ермоленко, Б.Ф. Поршневым. Формальное конституирование социологии международных отношений происходит в 1970 году (с созданием специального исследовательского комитета в рамках Всемирной социологической ассоциации). Вместе с тем реальное состояние социологических исследований международных отношений и в наши дни не позволяет говорить о существовании социологии международных отношений как автономной дисциплины. Сегодня социология международных отношений представляет собой, скорее, совокупность наиболее распространенных социологических подходов к исследованию международных отношений.

Специфика таких подходов состоит, прежде всего, в том, что в противовес наиболее распространенным парадигмам современной международно-политической науки — неореализму и неолиберализму — они подчеркивают значимость в мировой политике не столько национальных интересов, сколько ценностей, норм, идентичностей, культурных особенностей, традиций и идей. В результате все основные вопросы международных отношений (характер международной среды, перспективы ее изменения, основные процессы, их участники, возникающие между ними проблемы и пути их разрешения), как и наиболее распространенные теории (национального интереса, безопасности, баланса сил, сотрудничества, демократического мира) получают трактовки, альтернативные тем, которые господствовали в международно-политической науке на протяжении многих десятилетий.

Первые шаги социологии международных отношений (начало 1960-х годов) связаны с рассмотрением международных отношений как особой сферы общественных взаимодействий, а также с попыткой дополнить их исследования, осуществляемые в рамках традиционных дисциплин: истории, права, экономики и др. Так, в исследованиях французской школы данного периода социология международных отношений понимается как своего рода теория среднего уровня, призванная обобщить предпринимаемое в рамках различных дисциплин изучение международных отношений путем выявления присущих им общих детерминант и закономерностей. Делается также попытка формулирования основной проблематики социологии международных отношений, центральными в которой называются проблемы войны и межгосударственных конфликтов (и лишь во вторую очередь — проблемы мира).

Наряду с уже сказанным для данного периода характерны еще три особенности. Во-первых, речь идет главным образом об исторической социологии международных отношений со свойственным ей обращением к историческим аналогиям и очевидным разрывом между микро- и макропарадигмами. Во-вторых, наблюдается достаточно четкое размежевание двух основных ветвей социологического направления: акционалистской, идентифицирующей себя с веберовскими традициями (во Франции это работы Арона и его последователей), и детерминистской, опирающейся на творческое наследие Э. Дюркгейма (школа полемологии Бутуля и его сторонников). Наконец, в-третьих, социология международных отношений данного периода находится под очевидным воздействием реалий «холодной войны», которое проявляется как в тематике (вписывающейся в рамки традиций политического реализма), так и в идеологической направленности исследований.

Окончание «холодной войны» способствовало усилению интереса к социологии международных отношений и одновременно трансформации ее проблематики. Рост взаимозависимости мира и процессы глобализации с особой очевидностью обнажили «разорванность» в международно-политической науке между господствующими парадигмами — неореализмом и неолиберализмом и неудовлетворенность результатами, которых они достигли в исследовании международных отношений. Обострилось стремление выйти за их пределы, сохранив и объединив при этом все положительное, наработанное в их рамках. Альтернативная исследовательская программа была предложена конструктивизмом — направлением, которое стремится синтезировать теоретическое наследие М. Вебера и Дюркгейма и которое ставит во главу угла взаимосвязь между государственными интересами и идентичностями.

Более близкие идейные предшественники конструктивизма — функционализм, британская школа, структурализм М. Фуко. Конструктивизм — далеко не однородное течение. В его рамках различают по меньшей мере два варианта. Неоклассический вариант (Дж. Рагги, Ф. Кратоквил, Э. Адлер) включает в себя неоидеализм (А. Вендт, Д. Дресслер), социологический институализм, который иногда рассматривается как самостоятельное направление (М. Финнемор, Л. Мейер), коммунитаризм (К. Браун, Р. Джексон), отчасти неомарксизм и критическое направление (Р. Кокс, С. Гилл). Постмодернистский вариант (Р. Эшли. Дж. Дер Дериан, Р. Уолкер) в свою очередь включает феминистские (Дж. Эльстайн, Э. Тикнер) и постпозитивистские (Дж. Джорж, Й. Лапид) теории. Иногда выделяют третий, промежуточный вариант, к которому относят, в частности, неоидеализм Вендта.

В то же время при всей своей внутренней разнородности конструктивизм имеет и общее содержание, основные элементы которого могут быть сведены к следующему: 1) главными объектами анализа международных отношений являются государства; 2) ключевые структуры в межгосударственной системе рассматриваются не столько как материальные, сколько как интерсубъективные; 3) идентичности и интересы государства считаются в значительной степени сконструированными этими социальными структурами, а не приданными системе экзогенным образом человеческой природой или внутренней политикой государства. Конструктивисты настаивают на взаимном созидании друг друга и мирового сообщества в целом и его составных части (прежде всего, государств); на преемственности в эволюции международной системы, которая, однако, способна претерпевать и революционные перемены (что релятивизирует последствия окончания «холодной войны» на международную систему); на зависимости картины международных отношений не только от происходящих здесь процессов и взаимодействий, но и от концептуализации этой картины, от взгляда на нее.

Еще одно направление в современной социологии международных отношений представлено французской школой (Б. Бади, М.-С. Смуте, Г. Девэн), подчеркивающей принципиально важное значение анализа тех сдвигов, которые происходят во взаимодействии государств и новых участников международных отношений. С этой точки зрения, усиление взаимозависимости и процессы глобализации имеют следствием появление фундаментально новых тенденций в мировой политике. Во-первых, происходит автономизация деятельности транснациональных акторов: этнических, религиозных, культурных, профессиональных и иных групп, мультинациональных фирм, представителей рыночных, коммуникативных, информационных и миграционных потоков, а также диаспор, мафиозных кланов, выдающихся личностей, частных лиц и т.п. В таких условиях государственный суверенитет подрывается «расщеплением» лояльности индивида между тремя относительно самостоятельными сферами: государством, транснационльными и социокультурными сетями.

Во-вторых, формируемые многообразными процессами идентификации (этнической, религиозной, коммунитарной и т.п.) новые акторы все более успешно претендуют на свою собственную роль в международной жизни, стремясь оказывать влияние на ее структуру, действующих лиц, возникающие между ними конфликты. В-третьих, размывается грань между внешней и внутренней политикой, международными и внутриобщественными отношениями. При этом, делая все больше уступок групповой идентификации (и групповой исключительности) новых акторов, идя на уступки и компромиссы во взаимодействии с ними, государство активно способствует разрушению главных принципов, составляющих саму основу его легитимности: суверенитета, территориальности, политического представительства. В результате вся система международных отношений подвергается серьезным испытаниям и дестабилизации.

Присущая социологии международных отношений разнородность представленных в ней течений, конечно, сказывается на состоянии этой дисциплины, отражая относительность ее автономии и незавершенность конституирования. В то же время уже сегодня очевидно, что социология международных отношений способна предложить различное сочетание эпистемологически необходимых и исследовательских программ, позволяющих преодолеть присущий господствующим направлениям международно-политической науки дуализм внутреннего и внешнего, системы и среды, микро- и макроуровней, структуры и актора, государства и общества.

П.А. Цыганков

Социологический словарь / отв. ред. Г.В. Осипов, Л.Н. Москвичев. М, 2014, с. 458-460.

Литература:

Бурлацкий Ф.М., Галкин А.А. Соц-я. Политика. Междунар. отношения. М., 1974; Ермоленко Д. В. Соц-я и проблемы междунар. отношений (нек-рые аспекты и вопр. социол. иссл-й междунар. отношений). М., 1977; Полит, соц-я. Политология. Соц-я междунар. отноше-ний // Соц.-полит, науки. 1991. № 7; Междунар. отношения: социол. подходы. М., 1998; Теория междунар. отношений на рубеже столетий. М., 2002; Тикнер Дж.Э. Мир. политика с тендерных позиций. М., 2006; Wight М. Power Politics. L., 1946; Badie В., Smouts M.-C. Le Retournement du Monde. Sociologie de la Scene Internationale. P., 1992; Der Derian J. International Theory. Critical Investigation. L., 1995; Devin G. Sociologie des Relations Inter-nationales. P., 2003; Guzzini S., Leander A. Constructivism and International Relations. Alexander Wendt and his Critics. L., 2005.

Яндекс.Метрика