Джайнизм (Челнокова, 2025)

Джайнизм — неортодоксальная национальная религия Индии, ключевым понятием для которой является актуальный и в других индийских религиях (индуизме и буддизме) принцип ахимсы — непричинения зла ничему живому. Изображения джаинов, порой совершенно лишенных одежды, но с закрытыми маской ртом и носом, чтобы случайно не вдохнуть даже мельчайший микроорганизм, расчищающих себедорогу небольшими вениками, чтобы не раздавить ни одно насекомое, стали одной из визитных карточек Индии.

Не только их внешний вид, но и пищевые привычки часто вызывают у туристов искреннее удивление. Естественно, эти люди не употребляют в пищу мясо, но наиболее ортодоксальные из них воздерживаются и от употребления корнеплодов, чтобы не допустить гибель растения и кисломолочных продуктов, чтобы сохранить жизнь задействованным при их производстве бактериям.

По этой же причине джаины никогда не лечатся антибиотиками. Им также запрещено есть после захода солнца, поскольку в темноте легче нарушить запрет и нечаянно проглотить какое-нибудь насекомое. Вполне естественно, что число последователей столь строгой к своим адептам религии не очень велико: на начало XXI века в Индии проживало менее четырех миллионов джаинов (это всего полпроцента от общего количества населения), а за ее пределами - всего 200 тысяч, и все они - представители индийской диаспоры. Основными центрами джайнизма на севере Индии являются штаты Гуджарат и Бихар, на востоке — Одиша, а на юге - Карнатака.

Джайнизм появился в Индии приблизительно в VI веке до н. э. по тем же причинам, что и буддизм, но несколько раньше него. С буддизмом его роднит не только то, что джайны не признают авторитета Вед и, соответственно, владеющих

[76]

ими брахманов; они, как и буддисты, не считают жертвоприношение единственно возможным путем общения с богом и не верят в идею творения. Присутствуют в миропонимании джаинов и черты, явно заимствованные из индуизма, — вера в перерождения, законы кармы и необходимость достичь мокши, т. е. выйти из круга перерождений. Джаины признают некоторых индуистских богов (особо любимы и почитаемы женские божества — Лакшми и Сарасвати), обряды (проводимые в храме церемонии так же, как и в индуизме, обозначают словом пуджа, а одним из основных видов религиозной активности считается паломничество) и праздники (как и у прочих индийцев, у джаинов большой любовью пользуется Дивали, который иностранцы иногда называют «индийским новым годом», именно с этим праздником они связывают и завершение земного существования Махавиры).

Основоположник джайнизма, почитаемый его адептами под титулами Джина (санскр. «победитель») и Махавира (санскр. «великий герой»), при жизни носил имя Вардхамана. Он, как и Будда Гаутама, происходил из царского рода небольшого государства на севере Индии в Вайшали (современный Бихар). Годом его рождения по разным данным считается либо 599, либо 540 г. до н. э. Примерно до 30 лет он вел обычную жизнь домохозяина, растил дочь. Однако после смерти родителей, вместо того чтобы унаследовать престол, он попросил у жены разрешения оставить семью и стать странствующим аскетом, примкнув к движению ниргрантха (санскр. «порвавшие узы»). Впоследствии Парва - основатель этого изначально индуистского течения - был объявлен 23-м тиртханкаром (санскр. «создавший переправу»), провозвестником джайнизма. Таким образом, сам Махавира оказывается 24-м, последним, тиртханкаром, а легендарная история джайнизма — уходящей корнями в седую древность. Несмотря на очевидное влияния идей индуизма эпохи упанишад (именно тогда возникло разделяемое

[77]

Джаинами представление о колесе сансары), сами джаины считают свою религию изначальной, то есть не имеющей земного основателя.

Десять (по ряду источников - двенадцать) лет вершил Вардхамана суровую аскезу — почти не ел, занимался медитацией и всячески истязал собственную плоть. Когда царские одежды, в которых он начал свой путь, обветшали, он отказался от какой-либо одежды и продолжал свои странствия полностью обнаженным. Отказ будущего Джины от одежды символизирует один из важных постулатов учения джайнов - человек способен выйти из колеса сансары и сбросить оковы телесных воплощений, словно ненужные одежды. В современной Индии тоже можно встретить полностью обнаженных джаинских монахов — это дигамбары (санскр. «одетые в воздух»), представители наиболее ортодоксального крыла джайнизма.

Первые шесть лет рядом с Варджаманой находился другой знаменитый подвижник Маскарипутра Госала (основатель движения адживиков, которые верили, что все происходящее в жизни заранее предопределено надчеловеческим законом, в чем-то схожим с западным представлением о судьбе), однако впоследствии их пути разошлись и прежние соратники стали главными оппонентами во время философских диспутов. Когда по истечении десяти (либо двенадцати) лет Вардамане во время 60-часовой медитации открылась истина о том, как можно выйти за пределы круга сансары, он сделался Джиной — тем, кому удалось победить не только оппонента Госалу, но и собственную карму, выйдя за пределы сансары. По этому титулу стали именовать и последователей его учения.

Принципиально важным моментом оказывается то, как джаины видят Вселенную: она материальна и постоянна, именно она — тот «поток», создав «переправу» через который тиртханкары указали людям путь. Наша Вселенная оказывается непреходящей и самосуществующей, ей попросту не нужны

[78]

ни Творец, ни божества, ни посредники-священнослужители. И индивидуальная душа, стремящаяся осуществить эту самую переправу, абсолютно реальна. Это полностью расходится с тем, как видят окружающий мир буддисты (им он представляется иллюзорным и преходящим). Эти близкие по времени возникновения религии (по отношению к джайнизму будет точнее говорить о времени ее окончательного оформления), несмотря на многочисленные «внешние» сходства (жизнеописания Махавиры и Сиддхартхи Гаутамы во многом похожи, в обеих религиях главной целью является освобождение от перерождений, обе используют схожую — восходящую к индуистской — обрядовую составляющую) и то, что их первыми адептами стали те, кому не удалось вписаться в систему индуизма либо представители наиболее социально неблагополучных слоев, имеют еще одно принципиальное различие. В то время как последователем учения Будды мог стать, по сути, любой желающий; принцип ахимсы, возведенный джаинами до абсолюта, значительно ограничивал круг возможных последователей, ведь они не могли быть связаны с военным ремеслом, даже не могли заниматься животноводством и быть крестьянами, потому что, работая с землей, невозможно не причинять невольного вреда ее обитателям.

Что же оставалось джаинам? Они традиционно занимались торговлей и ростовщичеством, так что к настоящему времени именно джаины стоят во главе основных финансовых институтов Индии, джаинские кланы практически полностью контролируют производство текстиля и шелка, экспорт драгоценных камней, сталелитейное и фармацевтическое производства. Твердое следование религиозным принципам не только принесло им репутацию честных и ответственных партнеров, но и позволило достичь впечатляющих финансовых результатов - Индия обязана джаинам порядка двух процентов своего ВВП.

Считается, что сам Махавира сделал джаинскую общину четырехчастной - с самого начала в нее входят миряне-женщины,

[79]

миряне-мужчины, монахини и монахи. Они исповедуют одни и те же жизненные принципы, однако избравшие путь монашества должны следовать им особенно строго. Махавире в свое время открылась истина: чтобы вырваться из круга сансары, индивидуальной душе необходима триратна, нужно обладать тремя сокровищами: правильным воззрением (самьяг-дарашана), правильным познанием (самьяг-джняна) и правильным поведением (самьяк-чарита).

Правильное воззрение — джаинскоепонимание мироустройства, согласно которому наш мир есть сочетание бесконечного разнообразия проявлений вечного живого начала (джива) с пятью проявлениями неживого: пространством (акаша), условиями движения (дхарма), условиями покоя (адхарма), материей (пудгала) и временем (кала).

Дживы присутствуют не только в том, что мы традиционно считаем живым (люди, животные и растения), они проявляются и в явлениях природы (дождь, ветер), и в объектах неживой природы (вода, камни). Взаимодействие вечных джив с проявлениями неживого - движением, покоем и материей — приводит к их физическому проявлению в нашем мире посредством телесного рождения. Став живыми существами, дживы неизбежно попадают в круговорот сансары. Образно и довольно упрощенно выражаясь, получается, что с самого начала джива стремится избавиться от материи, сбросить телесные путы и, достигнув избавления от перерождений (мокши), вернуть себе свою изначальную форму. «Баланс» материи и дживы на протяжении ее пути к избавлению постоянно меняется, и индивидуальной душе - воплощению дживы в конкретном теле — важно с каждым новым рождением занять все больше пространства, до тех пор, пока не удастся полностью избавиться от неживого.

[80]

Как этого добиться, джаинов учит вторая драгоценность - правильное познание (которое во многом сводится к тому, что человеческое представление о чем-то всегда сопровождается альтернативными представлениями и что единая истина сути отсутствует). Последняя драгоценность — правильное поведение. Благодаря постоянному суровому умерщвлению плоти, обязательному для монахов и лишь частично необходимому мирянам, человек сможет обрести внутренний огонь, тапас, способный выжечь неживое внутри него.  Однако это чрезвычайно сложная задача, решить которую по силам лишь опытным и развитым душам. Задачей минимум здесь становится умение оградить свой дух от нового притока материи – сделать это способен каждый дисциплинированный джаин-мирянин, строго следующий пяти основным «заповедям» джайнизма.

О первом священном для джаинов принципе — ахимсе — было уже немало сказано. Другие принципы также довольно просты и в чем-то «этически универсальны» — это отказ от лжи (сатья), запрет на воровство (астея), целомудрие (брахмачарья) и отсутствие привязанностей к предметам материального мира (апариграха).

Джаины в целом не отрицают существования богов, однако с большим пиететом почитают тиртханкаров. Мир развивается по всеобщему неизбежному закону. И воля богов мало что может изменить в его устройстве. Наша Вселенная вечна, однако развивается циклично - от расцвета к упадку и снова к расцвету.

Существуют две основные секты джаинов: дигамбары («одетые в воздух») и шветамбары («одетые в белое»). Дигамбары — ортодоксальная секта с более строгими ограничениями. Они не признают авторитета канона шветамбаров,

[81]

именуемого Сиддхантха или Агама, поскольку он - это более поздняя запись ранее утраченного изначального канона, а потому не свободен от искажений. По большей части они проживают на юге Индии, где после смерти Махавиры активно проповедовали его ученики — ганадхарвы. Как уже было сказано, джаинская доктрина несет на себе следы влияния мировоззрения индуизма, однако считается, что и джайнизм оказал влияние на индуизм, причем довольно значительное. Ряд специалистов по истории индийских религий считают, что идеи ненасилия и вегетарианства были заимствованы индуистами именно у джаинов.

[82]

Цитируется по изд.: Челнокова А.В. Индия и ее жители. Культура, обычаи, этикет. СПб., 2025, с. 76-82.